Психолог-психоаналитик в Санкт-Петербурге

8 (921) 376-18-25

Уилфред Бион. "Опыт в группах". Часть 5 (1961)

04.06.2017

Источник: Bion, W.R., "Experiences in Groups", part 5, 1961, p.93-114

Перевод Вячеслава Юшина

Уилфред Бион. Опыт в группах

Свойственное базовому допущению эмоциональное состояние нельзя назвать приятным. Аналогично тому, как это происходит с аналитиком в психоанализе, так это происходит и в группе. В моей технике работы с группой индивидуум, поддерживаемый группой, пытается сохранить ценные качества группы, изолируя себя от ее плохости, и будет поддерживать мнение, что он чувствует себя «плохо» из-за группы, либо просто придерживаться мнения, что он чувствует себя «хорошо». Потому что ему будет нелегко признать, что некоторые приятные эмоциональные состояния, называемые «чувствовать себя лучше», происходят из группы, на которую он жалуется, и еще, что некоторые неприятные эмоциональные переживания, называемые «чувствовать себя хуже», неотделимы от принадлежности к группе, в чью доброту он предпочел бы на данный момент поверить. В дополнение к причинам, обычно обнаруживаемым в психоанализе такого поведения, у индивидуума в группе есть причины, которые вытекают непосредственно из особенностей эмоциональных состояний, связанных с базовыми допущениями, и именно эти особенности я и собираюсь обсудить. Исследование вызвано тем фактом, что эмоции, связанные с каким-либо базовым допущением, как представляется, испытываются индивидуумом во всей их полноте. Мое первоначальное описание группы, действующей на основе базового допущения, не учитывало некоторые особенности группового поведения, которые были на тот момент актуальны. Можно было подумать, что группа делает общее допущение и что все остальное, включая связанное с ним эмоциональное состояние, происходит из этого. Но я не убежден в этом. Напротив, я считаю эмоциональное состояние существенным и базовое допущение можно вывести из него. Что касается группы, то базовое допущение по существу является подразумеваемым допущением. Индивиды ведут себя так, как если бы они были осведомлены о допущении, и именно поэтому интерпретация базового допущения носит характер убежденности. Это утверждение, придающее в целом смысл поведению группы, но открыто не выражающееся даже в том случае, когда оно действует. Таким образом, у нас есть ситуация, когда индивиды ведут себя так, как если бы они осознавали, как индивидуумы, базовое допущение, но не осознавали его как члены группы. Так и должно быть: у группы нет сознания; и это не артикулировано; каждому в группе  предоставляется право быть и тем, и другим.

Можно говорить о чувстве безопасности как о имеющемся в каждом из эмоциональных состояний, связанных с тремя группами базовых допущений. Вместе с тем ясно, что чувство безопасности, испытываемое в зависимой группе, действительно является чувством, которое неразрывно связано с остальными чувствами и идеями, которые составляют базовое допущение зависимой группы, и поэтому оно отличается от чувства безопасности в группах борьбы-бегства и образования пары, которые одинаково удерживаются в неразрывной комбинации с остальными эмоциями и идеями, присущими соответствующим им группам. Таким образом, чувство безопасности, полученное в зависимой группе, неразрывно связано с чувствами неадекватности и фрустрации, и зависит от приписывания всемогущества и всеведения одному из участников группы. Поскольку психиатром обычно нельзя манипулировать в том, что он дает веру в свое всемогущество и всеведение, то индивидуумы показывают, что их чувство безопасности будет определяться требованиями группы к самим индивидуумам быть всеведущими. Точно также в группе борьбы-бегства безопасность удерживается требованием группы к мужеству и самопожертвованию; короче говоря, важно не столько какое-то определенное чувство - например, безопасность, - а комбинация, в которой это чувство сохраняется. Разные чувства, сами по себе не отталкивающие и даже очень желаемые для отдельного человека, не могут быть испытаны, кроме как в сочетании с другими менее желаемыми и часто сильно неприязненными чувствами, поэтому человек должен прибегнуть к расщеплению, чтобы изолировать себя от группы и от своего собственного существующего «groupishness» (разделение людей на группы, - прим.перев.) - его неотъемлемого качества как стадного животного. Часто слышится жалоба, что человек не может мыслить в группе. Он будет стараться чувствовать себя уверенно в качестве участника группы, но будет пытаться отделить неприятные чувства, которые сочетаются с этой желательной безопасностью; он объяснит происхождение этих причин не той самой безопасностью, которой он требует, - а какой-то причиной, например, такой как членство в менее важной группе или какое-то эфемерное внешнее событие, или своим неврозом. Таким образом, время должно быть посвящено выяснению базового допущения, из которого происходит эмоциональное подкрепление, а затем доказательству того, что эмоциональные переживания, которые пациенты часто вводят в дискуссию в качестве симптомов, действительно происходят от их единения с другими участниками группы, и которые эмоционально усиливают группу, а также от конфликтов как внутри себя, так и в группе. Момент, на котором я хотел бы остановится, состоит в том, что участие в базовом допущении не только неизбежно, но и предполагает совместное разделение эмоций, которые, насколько исследование может обнаружить их, дискретны и отделены друг от друга. Но на самом деле это только так кажется, и как только эти моменты проявляются, они становятся заметными как психологические феномены. В итоге получается, что у психолога нет каких-либо наблюдений, которые могли бы объяснить, почему, когда имеется одно базовое допущение, чувства, связанные с ним, всегда связаны друг с другом с такой же силой и исключительностью, как это происходит с химическими соединениями.

Разумеется, из этого не следует, что это всегда будет так: вполне возможно, что групповая техника может развиться до такой степени, когда явления, которые в настоящее время не распознаются, станут заметными. Тем временем я хотел бы подчеркнуть, что из того, что я говорил, следует, что страдание индивида является идиопатическим по отношению к базовому допущению и которое подвергается воздействию, и оно возникает из-за его конфликта с эмоциональным состоянием группы и той части себя, которая связана с участием в групповой задаче по ее поддержанию.

Эмоциональное состояние, связанное с каждым базовым допущением, исключает эмоциональные состояния, соответствующие двум другим базовым допущениям, но не исключает эмоций, присущих сложной группе. До сих пор я мало говорил о сложной группе, будучи довольным тем, чтобы описываю конфликты в группе как между человеком и базовой группой, так и между индивидуумом и самим собой как сторонником и участником базовой группы. Тем не менее существует конфликт между группой, которая формируется путем сотрудничества между людьми на сложном уровне - сложной группой - и базовой группой, и в этом отношении взаимосвязь между сложной и базовой группой отличается от отношений, которые происходят между эмоциональными состояниями, связанными с тремя базовыми допущениями. Не существует прямого конфликта между базовыми допущениями, а только лишь между изменениями из одного состояния в другое, которые являются либо плавными переходами, либо вызваны вмешательством сложной группы. Они не конфликтуют, они чередуются; конфликт возникает только на стыке базовой группы и сложной группы.

Тем не менее, хотя группы с базовыми допущениями скорее чередуются, чем конфликтуют друг с другом, вмешательство сложной группы, вмешательство в чередование базовых групп, похоже, создает некоторые из проявлений и последствий конфликта. В частности, эмоциональные комбинации, связанные с базовыми допущениями, которые не активно влияют на психическую жизнь группы, находятся в пассивном состоянии, иногда, возможно, в течение значительных периодов времени. Таким образом, когда группа проникнута эмоциями зависимой группы, эмоциональные состояния группы борьбы-бегства и группы образования пары находятся в состоянии покоя. Они не проявляются в том смысле, в каком проявляются эмоции зависимой группы. В этом отношении существует конфликт между сложной группой, наполненной эмоциями из одного базового допущения и двумя другими базовыми допущениями. В этом контексте необходимо признать, что интерпретации, данные мной самим, если они приняты, являются интерпретациями сложной группы. Это сразу же вызывает определенные спекуляции. В чем разница между формой вмешательства, которую представляет интерпретация, и другими вмешательствами сложной группы? Если вмешательство со стороны сложной группы, по-видимому, приводит к некоторым последствиям или возникновению конфликта между одним из базовых допущений и другими, разве интерпретация также порождает конфликт? Если интерпретация не вызывает конфликтов, то что она делает? В настоящее время я предлагаю игнорировать эти вопросы и перейти к рассмотрению судьбы потенциальных эмоциональных состояний, представленных базовыми допущениями, которые в данный момент не принимаются во внимание, и их отношение к сложной группе.

Вмешательства сложной группы разнообразны, но все они имеют что-то общее: они являются выражениями признания необходимости развиваться, а не полагаться на эффект магии; они предназначены для того, чтобы справиться с базовыми допущениями, и они мобилизуют эмоции одного базового допущения в попытке справиться с эмоциями и явлениями другого базового допущения. Именно это приводит к возникновению конфликта между базовыми допущениями, о которых я уже упоминал. Одним из результатов этой операции сложной группы является то, что чем сложнее становится группа, и чем больше ей удается поддерживать сложный уровень поведения, тем больше она делает это за счет подавления одной картины взаимосвязанных эмоций другой. Таким образом, шаблон взаимосвязанных эмоций, связанных с зависимой группой, может быть использован для того, чтобы сделать трудным или невозможным навязывание паттернов эмоций, связанных между собой, так как они находятся в группах борьбы-бегства и образования пары.

Рабочая группа

В некоторых группах, которые я вел, то, что я называю «сложной группой», было спонтанно названо «рабочей группой». Это краткое название и хорошо отражает важный аспект явлений, которые я хочу описать, чтобы в будущем использовать его вместо «сложной группы». Когда группа встречается, она встречается для выполнения конкретной задачи, и в большинстве человеческих взаимодействий сегодня, сотрудничество должно достигаться с помощью сложных средств. Как я уже указывал, принимаются правила процедуры; как правило, это установленный административный механизм, управляемый должностными лицами, которые, как таковые, могут быть узнаваемы остальной группой и т. д. Как показывает чей-либо опыт участия в группах, способность к сотрудничеству на этом уровне велика. Но это отличается от того потенциала к сотрудничеству, который свидетельствует о базовом допущении. По моему опыту психологическая структура рабочей группы очень сильна, и стоит отметить, что она выживает с той жизненной силой, которая предполагает, что опасения о том, что рабочая группа будет переполнена эмоциональными состояниями, соответствующими базовым допущениям, совершенно несоразмерны. Я сказал ранее, что группа с первого раза изо всех сил старалась сохранить сложную структуру и что усилия, прилагаемые в этом, показали силу эмоций, связанных с базовыми допущениями. Я все еще думаю, что это так, но также полагаю, что опасения по поводу структуры рабочей группы - это выражение невежества о силах, с которыми приходится бороться рабочей группе. Терапевтическая группа должна постоянно обращать свое внимание на страх группы базовых допущений и доказывать, что объект страха во многом зависит от состояния психики прежде всего самой группы. Таким образом, если в наибольшей степени заметна зависимая группа - то, на самом деле, в момент, когда группа, как представляется, отождествляется с зависимой группой, - страх относится скорее к рабочей группе. Точно так же, как эмоции в группе базовых допущений кажутся связанными друг с другом, так и психические явления рабочей группы, по-видимому, связаны между собой. Некие идеи играют важную роль в работе группы: это не только идея «развития», и даже скорее не «полное обуздание инстинкта» являющееся ее неотъемлемой частью, но также и идея ценности рационального или научного подхода к проблеме. Таким образом, как неизбежное сопутствие идеи «развития», признается обоснованность обучения на опыте. Однако, если группа отождествляется с базовым допущением зависимости, то все эти идеи становятся опасными, конечно, не просто как идеи, а как деятельность в группе внутри группы. И зависимая группа вскоре показывает, что неотъемлемой частью ее структуры является убеждение во всеведении и всемогуществе какого-либо члена группы. Любое исследование природы этой веры вызывает реакции, которые напоминают споры между религией и наукой. Как я предполагал ранее, исследование этого вопроса является научным исследованием религии группы. Деятельность рабочей группы, которая, по-видимому, предполагает исследование характера группового божества - обычно психиатра - и встречается с большим разнообразием ответов, но если представить ответ в целом, можно предположить, что описанная Гиббоном гомоузианская[1] полемика была в действительности сообщением о сеансе терапевтической группы с базовым допущением зависимости в действии. Возможно. В действительности, может быть полезно любому психиатру, у которого есть вкус к моим методам в группе,  вспомнить, что немногие вещи в истории пробуждали чувства группы более сильно и мощно, чем споры о характеристиках божества, чей культ в то время процветал. Добавлю, что говоря процветал, я имею в виду как негативный, так и позитивный аспект, то есть когда группа атеистична или, наоборот, религиозна. Крайне важно, чтобы психиатр был уверен в том, что он обращает внимание на реальность требований группы к нему, какими бы фантастическими ни казались эти претензии, а затем был внимателен к реальности враждебности, вызванной его интерпретацией. Именно в таких случаях можно увидеть силу эмоций, связанных, как с базовым допущением, так и силу и жизнеспособность, которые могут быть мобилизованы рабочей группой. Это сродни тому, как если бы люди знали о болезненных и часто фатальных последствиях своей необходимости действовать без адекватного понимания реальности и, следовательно, знали бы о необходимости истины в качестве критерия при оценке своих результатов.

Теперь мы должны рассмотреть некоторые аспекты той роли, которую играет рабочая группа в сочетании с одним базовым допущением в подавлении открытой деятельности двух других базовых допущений. Какова судьба двух базовых допущений, которые не действуют? Я предлагаю связать этот вопрос с вопросом, который я оставил без ответа ранее, о природе и происхождении сочетания, в котором эмоции поддерживались в их связи с любым базовым допущением. Я сказал тогда, что в настоящее время нет никаких наблюдений, доступных психиатру, чтобы объяснить, почему эмоции, связанные с базовым допущением, представали в сочетании друг с другом с таким упорством и исключительностью. Чтобы объяснить эту связь и в то же время объяснить судьбу не действующих, на данный момент, базовых допущений, я предлагаю постулировать существование «протоментальных» явлений. Я не могу адекватно представить свою точку зрения, не предложив концепцию, которая превосходит мой опыт. Клинически я использую психологический подход и поэтому замечаю феномены только тогда, когда они представляют себя как психологические проявления. Тем не менее мне удобно считать, что эмоциональное состояние предшествует базовому допущению и следует определенным протоментальным явлениям, выражением которых оно является. Даже это утверждение вызывает возражения, поскольку оно устанавливает более жесткий порядок причин и следствий, чем я бы хотел представить, поскольку в клинической практике полезно рассматривать эти события как связи в серии циклов; иногда бывает удобно думать, что базовое допущение активизировалось сознательно выраженными мыслями, в других - сильными эмоциями, результатом протоментальной деятельности. Нет никакого вреда принять это в начале цикла, если это прольет свет на то, что происходит в группе. Итак, начиная с уровня протоментальных событий мы можем сказать, что группа развивается до тех пор, пока ее эмоции не становятся выразимыми в психологических терминах. Именно в этот момент я говорю, что группа ведет себя «как будто», исходя из базового допущения.

В протоментальной системе существуют прототипы всех трех базовых допущений, каждая из которых существует как функция участия индивида в группе, каждая из которых существует как целое, и в которой никакая часть не может быть отделена от остальных. Только на другом уровне, на уровне, где события возникают как психологические явления, возможно, существует дифференциация компонентов каждого базового допущения, и на этом уровне мы можем говорить о чувстве страха, безопасности, о депрессии, сексе или других чувствах им подобным.

Протоментальной мне видится такая система, в которой физическое и психологическое или психическое недифференцировано. Это матрица, из которой изначально появляются явления (на психологическом уровне и в свете психологического исследования) и которые являются дискретными чувствами, слабо связанными друг с другом. Именно из этой матрицы происходят эмоции, соответствующие базовому допущению, чтобы усиливать, проникать и, в некоторых случаях, доминировать в психической жизни группы. Поскольку это уровень, на котором физическое и психическое недифференцировано, разумно предположить, что когда из этого источника появляется боль, она может проявляться как в физических, так и психологических формах. Нефункционирующие на данный момент базовые допущения заключены внутри протоментальной системы; то есть, если сложная группа наполнена эмоциями, связанными с зависимым базовым допущением, тогда базовые допущения борьбы-бегства и образование пары ограничиваются пределами протоментальной фазы. Они являются жертвами тайного сговора между сложной группой и действующим базовым допущением. Только протоментальный этап зависимой группы может свободно развиваться в дифференцированное состояние, где психиатр может распознать применяемые к нему манипуляции как базовое допущение.

Именно эти протоментальные уровни обеспечивают матрицу групповых заболеваний. Эти заболевания проявляются в индивидууме, но они имеют характеристики, которые дают понять, что поражена именно группа, а не индивид, и во многом сходным образом, только в противоположном направлении, как, например, в группе борьбы-бегства это всегда является средством сохранения группы, а не индивида. Вкратце, все это сводится к тому, что в любой заданной группе матрицу для присутствующих заболеваний следует искать в двух местах - одна находится в отношениях индивида с группой базовых допущений и с самим собой в качестве участника поддерживающего эту группу: другая же находится в протоментальных стадиях двух других базовых допущений.

Чтобы еще более четко сформулировать мысль, я проведу аналогию с физической медициной, которая, если помнить, что я использую ее только как аналогию, может послужить для прояснения смысла. Предположим, что пациент страдает от симптомов тревоги. В ходе обследования выясняется, что в дополнение к различным психологическим трудностям пациент испытывает мелкий тремор рук; допустим, что дальнейшее обследование выявило достаточно серьезные признаки тиреотоксикоза, чтобы сделать физический подход методом лечения. Говоря обычным языком, болезнь имеет физическое происхождение. Я бы предпочел говорить, что матрица болезни лежит в сфере протоментальных событий и что если бы пациента обследовали так рано, что по современным современным стандартам никаких признаков болезни, познаваемых методами физической медицины или психиатрии не было бы замечено, то пациент представлял бы собой очень хороший пример, in petto, того, что я подразумеваю под стадией протоментальных событий, в которых физическое и психологическое пока еще недифференцировано и из которых при определенных обстоятельствах происходят групповые болезни со своими физическими и психологическими компонентами. Проведенная мною аналогия вступает в конфликт с моей точкой зрения, о том, что представление сферы протоментальных событий ограничено индивидом. На мой взгляд, сфера протоментальных событий не может быть понята только по отношению к отдельному индивидууму, а понятной областью изучения динамики протоментальных событий являются лица, встречающиеся вместе в группе. Протоментальная стадия в индивидууме является лишь частью протоментальной системы, поскольку протоментальные феномены являются функцией группы и поэтому должны изучаться в группе.

Развивая концепцию протоментальной системы, я постарался объяснить ту прочность, с которой все эмоции одного базового допущения, казалось, были сцеплены вместе, и в то же время обеспечить концепцию, которая учитывала бы местонахождение неработающих базовых допущений, которые, очевидно, считались потенциальной активностью группы, и поэтому должны считаться находящимися «где-то». Но я часто нахожу полезным после такого рода утверждения, увидеть, что произойдет, если я попытаюсь использовать новую теорию для тех целей, для которых она не предназначалась. Для этой цели такие предположения могут быть оправданы, как хороший испытательный тест, и он подходит, как и любой другой. Я надеюсь, что смогу таким образом приблизиться к принятию решения о том, следует ли мне рассматривать идею протоментальной системы, только лишь как теорию для обобщения моих наблюдений, гипотезу, чтобы стимулировать дальнейшие исследования, или это клинически наблюдаемый факт.

Мое первое предположение должно касаться того, что составляет понятную область исследования. Малая терапевтическая группа не может этого сделать, пока моя техника не получит дальнейшего развития, чем она есть в настоящее время, и даже если бы она была развита дальше или я должен был улучшить свои возможности наблюдения, то все равно оставалось бы сомнение в том, а не разумнее ли искать решение в другой области. До Фрейда попытки в дальнейших исследованиях невроза были в значительной степени бесплодными, потому что индивид считался понятной областью исследования, но именно тогда Фрейд начал искать решение в отношениях между двумя людьми, в изучении переноса, в котором он нашел то, что было понятной областью исследования, по крайней мере для некоторых проблем, которые ставит пациент-невротик, и те проблемы, которые до сих пор игнорировали все попытки решения, стали обретать смысл. После этого исследования продолжали уже распространяться, углубляясь и расширяясь. Малая терапевтическая группа представляет собой попытку увидеть, могут ли какие-либо дальнейшие результаты быть достигнуты путем изменения области исследования. В какой-то момент необходимо будет рассмотреть вопрос о том, какую пользу использует сама группа для манипуляций с областью исследования, но на данный момент я хочу рассмотреть возможности изменения поля еще раз, чтобы посмотреть, можно ли это сделать, сделав это, чтобы по-новому взглянуть на малую терапевтическую группу. Для достижения моей цели малая терапевтическая группа не предоставляет необходимого количества данных о физической болезни. Поэтому я предпочитаю основывать свои рассуждения на том, что можно найти в группе, достаточно большой для того, чтобы были доступны статистические данные о болезни (см. Toynbee, 1935, pp. 12, 17). Я хотел бы иметь данные о таких заболеваниях, как туберкулез, венерические заболевания, диабет и другие, особенно в отношении таких аспектов как колебание числа случаев, вирулентности и распределения, которые нелегко объяснить с точки зрения анатомии, физиологии и других дисциплин, которые, как правило, являются предметом исследований в области общественного здравоохранения. Кроме того, необходимо иметь статистические данные, которые были действительны в определенный момент.

В дальнейшем я предлагаю использовать буквы ba для обозначения базового допущения и связанного с ним эмоционального состояния. Базовое допущение зависимости будет обозначаться буквами baD, образования пары baP и борьбы-бегства baF. Для протоментальной системы я предлагаю использовать буквы pm; таким образом, pmDP означало бы, что я ссылался на состояние, в котором базовые допущения зависимости и образования пары уже не были познаваемы как психические явления, но были ограничены в какой-то скрытой фазе, в настоящее время непроясненной, в протоментальной системе, где они физически и психически недифференцированы. Аналогично pmPF или pmDF. Для сложной или рабочей группы я буду использовать обозначение W.

(а) Предположим, что заболевание X происходит из протоментальной стадии зависимой группы и группы образования пары, когда подавляется в основном в выраженной baF. В моей теории заболевание X будет принадлежать к группам D и P, и поэтому, когда оно станет явным, будет иметь психологическую связь с эмоциями baP и baD. Кроме того, оно будет иметь матрицу, которая в этом случае будет pmD и pmP. У этого также будет психологическая причина, которая будет лежать в baP. Это не означает, что я считаю, что все болезни имеют психологическую причину, которая имеет важное значение наравне с другими причинами, но я считаю, что для полноты картины болезнь должна быть классифицирована так, чтобы мы знали не только факты, обычно описанные в медицине, но также (i) ее матрицу, то есть в примере, который я дал, это pmD и pmP, (ii) ее психологическую принадлежность, в моем воображаемом случае, baD и baP, и (iii) ее психологическую причину, в этом примере baF.

Точно так же я хотел бы добавить, что нам нужно знать связи этого физического заболевания с другими физическими заболеваниями, за исключением уже известных аффилиаций, полученных из исследования анатомии и физиологии, и что мы должны искать эти другие связанные с ними физические заболевания учитывая, какие другие физические заболевания можно классифицировать, в приведенном мною примере, как:

Матрица pmD и pmP
Принадлежность baD и baP
Причина baF

Это должно дать нам присоединение одной физической болезни к другой, которые являются функциями, а не анатомией, физиологией и бактериологией, а также не психопатологией, а принадлежностью человека к группе.

(b) Поскольку мой тезис зависит от аргумента о том, что существует этап, в котором физическое и психическое недифференцированы, из этого следует, что когда болезнь проявляется физически, скажем, как туберкулез, то существует психологический аналог или эквивалент, истинную природу которого еще предстоит исследовать, но который мы можем в этой дискуссии считать baD. Эта эквивалентность не может быть ни причиной, ни следствием, поскольку, если оно либо одно либо другое, то оно должно происходить из совершенно другой серии протоментальных событий, либо из действующего базового допущения. Ментальные события, с которыми туберкулез не обязательно связан, в моем определении, не являются ни причиной, ни действием; они являются производными и событиями из тех же протоментальных явлений, как и те, из которых туберкулез сам собой  напрашивается. Известно, что туберкулез очень чувствителен к событиям в психологии группы, численно изменяется, что, похоже, вызывает симпатию к изменениям в менталитете группы. Болезнь требует длительного ухода и заботы, а предписанный порядок питания хранит воспоминания о самых ранних гастрономических опытах человека. Это должно быть и связано со многими характеристиками baD, индивидами, реагирующими на собственное расстройство, и ограничениями, которые оно налагает на них в значительной степени так, как люди с подобной личностью реагируют на baD. Существование этих фактов часто приводило к тому, что до того, как было продемонстрировано туберкулезное поражение воочию, предполагалось, что пациент симулировал его (Wittkower, 1949) или используя мою терминологию, что baD является телеологической причиной расстройства пациента, но по причинам, которые я дал, я не могу рассматривать baD как причину в любом случае; это психическое состояние, с которым связан туберкулез, и поэтому не является ни причиной, ни следствием. Чтобы найти основание болезни, я, разумеется, ссылаюсь на причину, поскольку ее следует понимать как часть схемы, которую я разрабатываю, а не совершенно известные и хорошо известные причины, с которыми знакома медицина - необходимо было бы соотнести флуктуации заболеваемости с заболеванием с преобладанием ba в группе в разное время, в которое были получены цифры для этого заболевания. Предположим, что самые высокие показатели всегда соответствовали baF. Затем мы должны классифицировать туберкулез как имеющий, помимо уже установленных характеристик,

Причина baF
Принадлежность baD
Матрица pmDP

Любая попытка сделать такую классификацию будет явно зависеть в лучшем случае от убеждений, и в худшем случае от безумных догадок; но я думаю, что попытка должна быть сделана: попытка быть научно приспособленной к состоянию незрелости исследования, и это особенно относится к оценке ba в любой момент.

До сих пор я утверждал, что концепция протоментальной системы вместе с теориями базовых допущений может быть использована для обретения нового взгляда на физические заболевания и, в частности, на те болезни, которые были названы психосоматическими или считались частью психосоциальной медицины и социодинамики (см. Halliday, 1948, pp. 142 et seq.). Но если мы сможем расширить область изучения физического заболевания, включив в него изучение базовых допущений, протоментальной системы и остального, чтобы получить более полное понимание физического расстройства, мы можем одинаково хорошо использовать ту же расширенную область для осуществления процесса в обратном порядке. Ибо следует помнить, что если в психологическом расстройстве система постулируется как протоментальная, то она одинаково может быть, с точки зрения физического заболевания, и протофизической. Тем не менее, возможно, будет легче найти технику для исследования протоментальной системы как матрицы физического расстройства путем исследования, предполагающего физический подход. Если, используя физический подход, мы можем исследовать физический аспект протоментальной системы, мы можем также найти способ отбора того, что содержит протоментальная система в группе в любой момент времени, и из этого сделать следующий шаг, который состоит в разработке методики наблюдения протоментальных аналогов психических событий. Любое развитие такого характера позволило бы оценить, каково будет психологическое состояние группы, потому что мы могли бы исследовать ее задолго до того, как она возникла в основном выражении как базовое допущение. Для меня это важно, поскольку одна характеристика, которая отличает группу пациентов от других групп, - это тенденция группы пациентов действовать в основном согласно базовым допущениям.

Благодаря Британской национальной службе здравоохранения пациенты могут почувствовать, что они эффективно справляются со всеми проблемами, возникающими из финансовой составляющей их отношений друг с другом и с врачом. Тем не менее, бывают случаи, когда упоминаются финансовые проблемы которые, как правило, как бы отражают внутреннюю озабоченность индивида, но тем не менее оставляют его восприимчивым к толкованию материала, косвенно выражающему некоторый аспект психической жизни группы и индивидуума в ней, и поэтому я предлагаю продолжить мои размышления в сфере финансов о протоментальной системе, видя, могу ли я использовать эту концепцию, параллельно той, которую я ее уже использовал, в области физических болезней.

Было сказано, что «среда обмена может быть почти любой, при условии, что она в целом приемлема» (Clay, 1916, стр. 164). Это не только средство обмена, но и стандарт ценности. Недавняя работа над деньгами примитивных народов показала, что она возникла не как развитие бартера или даже не как часть торговли. Напротив, торговля при поиске среды, которая была в целом приемлемой и имела установленную стоимость, была принята для использования такой ее валюты, которая была в основном изобретением для облегчения транзакций по цене виры (wergild) и невесты. «Было бы экстравагантно утверждать, что «цена невесты» и виры (wergild) привели к существованию валюты, но они, безусловно, установили стандарты стоимости и упорядочили определенные средства обмена...» (Hingston Quiggin, 1949, pp. 7 et seq.). Эйнциг, обсуждая этот вопрос, говорит, что, возможно, такие объекты были выбраны для валюты, потому что они обычно были желательными как статьи расходов или украшения, но добавляет, что высокая степень приемлемости может быть вызвана некоммерческими соображениями, такими как тот факт, что объект мог быть использован для религиозных жертвоприношений, политических выплат (штрафы, дань, деньги крови) или для невесты (Einzig, pp. 353 et seq.).

Как виру (wergild), так и цену невесты можно рассматривать как компенсацию группе за потерю одного из ее членов, и, рассматривая их в этом свете, видно, что они отражают превосходство группы над индивидом, как в baF. В равной степени, виру (wergild) можно рассматривать как выражение ценности, которую сообщество устанавливает человеку, так что его можно было бы интерпретировать в некоторых случаях как аспект baF, а в других - как выражение baD; аналогично, цена невесты может рассматриваться как выражение baP. Тем не менее я не заинтересован в том, чтобы приписывать какое-либо обозначение конкретному ba - это было бы задачей клинического наблюдения, - но предположить, что, как и при обсуждении физических заболеваний, могут быть основания для привлечения моей теории как средство добавления знаний и понимания к знаниям о болезнях, уже получаемым через дисциплину физической медицины, поэтому могут быть основания использовать мои теории, чтобы добавить знание о болезни к механизмам обмена знаниями, уже доступным через дисциплину экономики. Ибо, если источник стоимости денег лежит не только на внутренней ценности, но и на других источниках, обсуждаемых Эйнцигом, объектов, используемых для денег, а также и в базовых допущениях, тогда мы должны ожидать, что психологическая ценность может быть различной в baF от ее стоимости в baP или baD и т. д. Более того, мы можем ожидать, что стоимость любой валюты может колебаться в результате колебаний стоимости в источнике, из которого деньги получают психологическую ценность - базовых допущениях. Если бы мы могли клинически определить природу стоимости денег в baF, baD и baP, мы могли бы проследить источник одной из причин колебаний стоимости денег, используемых в торговле.

Теперь одним из преимуществ изучения денег в большой группе является то, что она может быть подвержена статистическому подходу; то, насколько доступная статистика является менее открытой для критики на основании отсутствия чувствительности, чем статистика болезни, является сомнительным, но все же необходимо сделать первый шаг тем, у кого есть статистическая подготовка и умения. Но реальная ценность установления какой-либо корреляции между колебаниями стоимости денег и изменениями ba возникла бы, если бы было обнаружено, что существует некоторая корреляция между закономерностями в статистике болезни и статистикой, показывающими колебания стоимости денег в группе. Очевидно, что любая попытка изолировать колебания стоимости обусловленную изменениями стоимости в психологическом источнике денежной ценности, а именно ее источника в покупке невесты и виры (wergild) из других источников, из которых деньги вышли в своей стоимости, может оказаться очень амбициозной, если только, поскольку я подозреваю, стоимость валюты основывается в гораздо большей степени, чем предполагалось, на психологической основе, и, в частности, на доминирующем базовом допущении и pm. Если бы такие корреляции были доказаны, то можно было бы разумно предположить, что были предоставлены некоторые доказательства для того, чтобы сделать базовые допущения клиническими сущностями, а это, в свою очередь, может привести к некоторому разъяснению представлений о природе протоментальной системы.

Обсуждая связь эмоций в ba, я предположил, что необходимо учитывать любое чувство, например, такое как беспокойство, как отличающееся от ba, частью которого оно является: аналогичным образом мы должны учитывать, что стоимость денег, скажем, baD отличается от стоимости денег в baF, и я имею в виду, что это значение отличается как по качеству, так и по количеству. То, что я имею в виду под этим, можно увидеть, если мы рассмотрим отношение к деньгам и значение, установленное к ним в религиозной группе, где W достаточно сильна, чтобы называть baD подлинной деятельностью и сравнивать это значение со значением, которое устанавливается на деньги в стране в состоянии войны, когда baF находится в полной активности. В последнем случае стоимость денег связана с ее конвертируемостью в военное снаряжение, в первом - с ее стоимостью в смягчении чувства вины, зависимости от родителей сверх разумных сроков, и от людей, связанных с приобретением чувства добродетели. В baP оно, казалось бы, заключается в его способности облегчать приобретение невесты или приданого, приобретение помощника.

Мои предположения, по-видимому, предполагают, что концепции базовых допущений и протоментальных систем обещают облегчить исследование в других областях, кроме тех, из которых они были получены, но, прежде чем действовать, исходя из предположения о том, что аргументы для дальнейшего исследования установлены, оно может также нуждаться в том, чтобы проверить наши предположения, введя их в более тесные отношения с фактами. Главная трудность заключается в том, чтобы указать, какое базовое допущение действует в большой группе; например, можем ли мы сказать, что базовым допущением в стране, находящейся в состоянии войны, является baF? И если да, то верно ли это для всех частей нации - например, сельскохозяйственного сообщества? Если мы предположим, что народ в состоянии войны является примером baF, можем ли мы предположить, что такая нация дает понятную область исследований для явлений, связанных с этим базовым допущением? Где мы будем искать статистические данные о колебаниях болезни? Какой статистический материал выявит колебания стоимости валюты и где, со временем, мы ожидаем найти эти колебания в стоимости валюты или заболеваемости, которые мы ожидаем будут коррелировать, скажем, с базовым допущением августа 1939 года?

Хотя это может показаться далеким от изучения небольшой группы пациентов, возможно, стоит попытаться связать эти теории с недавней историей большой группы, чтобы убедиться, что они выдерживают проверку практического применения реальных событий, прежде чем пытаться сделать более амбициозный проект, связанный с тем, чтобы сделать их предметом статистических исследований.

Рекомендации

CLAY, HENRY (1916). Economics for the General Reader. London: Macmillan.

Хорошее краткое мнение о деньгах с точки зрения экономиста.

EINZIG, PAUL (1949). Primitive Money. London: Eyre & Spottiswoode.

Эйнциг более осторожен, чем Хинстон Киггин, и, хотя он достигает практически такого же вывода, он обращает внимание на многие источники, от которых может зависеть ценность денег: это полезная корректировка любого обобщения. Я склонен думать, что концепция базовых допущений может пролить свет на предмет, сложность которого лучше всего проявляется Эйнцигом, чем Хинстоном Киггином.

GIBBON, EDWARD (1781). The Decline and Fall of the Roman Empire. London: Methuen, 1909 Edition. Vol. II. Page 373.

Историческое исследование споров о природе и атрибутах божества должно было глубоко прояснить многие из моментов, которые я хотел бы рассказать о природе baD.

HALLIDAY, J.L. (1948). Psychosocial Medicine. New York: Norton; London: Heinemann, 1949.

HINGSTON QUIGGIN, A. (1949). A Survey of Primitive Money. London: Methuen.

HODGKIN, R.H. (1935). History of Anglo-Saxons. London: Oxford University Press. Vol. 2. Page 579.

PETIT-DUTAILLIS (1911). Studies Supplementary to Stubbs’ Constitutional History. Manchester University Press. Pages 36-38.

Хотя этот предмет является обычным явлением в большинстве исследований конституционной истории, в любом из них мало материала, что действительно помогает в предоставлении либо подтверждения, либо опровержения любой попытки связать виру (Wergild) с базовым допущением.

TOYNBEE, ARNOLD (1935). A Study of History. Oxford, 1935 Edition. Vol. I.

Рассуждения Тойнби о том, что то, что представляет собой понятную область исследования в истории, может быть воспринято одинаково хорошо для изучения психологии группы.

WITTKOWER, ERIC (1949). A Psychiatrist Looks at Tuberculosis. London: The National Association for the Prevention of Tuberculosis.

Это исследование содержит множество материалов, на которых можно составить предварительные суждения о достоверности моих теорий о психологической принадлежности болезни.



[1] Homoousianism, the homoousian doctrine - учение о единосущности Христа Бога — (прим.перев.)

Перевод Вячеслава Юшина



Просмотров: 1615
Оставьте комментарий
Имя*:
Подписаться на комментарии (впишите e-mail):

Введите код с картинки:
* — Поля, обязательные для заполнения